Как жить во время конца света? — «Мертвые мертвые демоны»

Мы находимся в моменте истории, которую можно назвать началом конца света. Это не значит, что мир будет уничтожен совсем скоро. Это значит, что он уже начинает уничтожаться. Вопрос лишь в том, как жить в эпоху, когда весь мир катится все дальше вниз, вниз и вниз. Именно так в интервью культовый мангака Инио Асана сформулировал ощущение, подтолкнувшее его к созданию Мертвых мертвых демонов, произведения, ставшего его самой долгой и масштабной работой и получившего единственную в его карьере аниме адаптацию. Смог ли Асана найти ответ на этот вопрос: как нам жить, когда вокруг бесконечные войны, экономический кризис и хотя над головой не кружатся тарелки НЛО, все равно есть полное ощущение, что за углом уже маячит настоящий конец света.

Три года назад началась война. Над Японией зависла гигантская летающая тарелка, и в попытке защититься от инопланетного вторжения США скинули на нее мощнейшую А-бомбу. Тарелку сбить не удалось, зато несколько районов Токио были стерты с лица земли, и вокруг них теперь отгорожена запретная зараженная зона. Сегодня летающая тарелка до сих пор висит в воздухе, изредка отправляя на землю небольшие корабли, которые успешно отстреливают силы самообороны Японии. На фоне всего этого две школьницы Кодо и Ран играют в компьютерные игры, гуляют с подружками, заводят отношения и мечтают об обычной жизни. Мертвые мертвые демоны начали выходить в две тысячи четырнадцатом году, поэтому обозначение даты трагедии как три года назад или восемь тридцать один совершенно не случайно. Оно напоминало читателям о великом восточно японском землетрясении две тысячи одиннадцатого года, произошедшего в реальной жизни тоже три года назад от даты выхода манги и которое в Японии тоже часто называют просто датой три одиннадцать. Эта катастрофа, которая потрясла всю страну и в результате которой погибло почти двадцать тысяч человек, а еще несколько десятков тысяч были вынуждены навсегда покинуть свои дома после аварии на атомной электростанции в Фукусиме.

Однако тот факт, что трагедия в Демонах это не техногенная катастрофа, а вторжение, требующее военного ответа, выводит историю за рамки ассоциаций только с землетрясением. Использование даты в формате восемь тридцать один и последующая милитаризация, радикализация общества вызывают ассоциацию и с терактами девять одиннадцать, когда самолеты, захваченные террористами, были направлены в башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. А А-бомба, скинутая США на территорию Японии, конечно, не может не напоминать о бомбардировке Хиросимы и Нагасаки атомными бомбами во время Второй мировой войны. Вторжение инопланетян служит не только фоном в аниме, но и напрямую становится трагедией для героинь. Отец Кодо бесследно исчезает тридцать первого августа, а ее мама становится помешанной на А-частицах, которые якобы остались в воздухе после американских бомб. Одноклассница главных героинь Кихо, невинно мечтающая о романтических приключениях, погибает после падения одного из кораблей пришельцев, так и не успев закончить школу, а родители другой одноклассницы Аи лишились дома и средств к существованию и теперь вынуждены жить в лагере для беженцев. Инио Асана во всех красках рисует, какие именно беды и трагедии приносит с собой война. И на протяжении первых глав он создает ощущение, что инопланетяне это опасный враг и главный источник этой боли.

Ну, а как иначе? Именно они прилетели на Землю, именно из-за них были уничтожены целые районы Токио, именно они до сих пор не брались во свояси и продолжают отправлять свои разведывательные корабли. Все первые главы Асана не показывает, как выглядят инопланетяне, тем самым еще усиливая ощущение угрозы. Если это вооруженные до зубов страшные монстры или склизкое нечто, похожее на чужих, то милитаристский ответ человечества на вторжение абсолютно оправдан. На протяжении целого года публикации манги Асана нагнетает этот мотив, но затем, во всех подробностях изобразив трагедию войны для японцев, мангака полностью переворачивает картину, наконец показывая захватчиков - маленьких безоружных существ в скафандрах, которые кажутся инфантильными и даже в какой-то степени милыми.

Когда на страницах манги начинается насилие, его совершают вовсе не пугающие монстры, к чему нас подводила история, а сами люди, которые устраивают кровавые и беспощадные расправы над беззащитными инопланетянами. Таким нехитрым приемом Асана заставляет читателей почувствовать на себе, как легко радикализироваться, выбрать сторону и начать радоваться чужим смертям. Достаточно всего лишь ограничить информацию и показать все под определенным углом. Если же раскрыть карты, оказывается, что вторжение - это трагедия не только для человечества, но и для самих обманутых инопланетян. Но кто же эти захватчики? Кто способен превратить Японию в общество, готовое принять такое насилие? В лучшем случае равнодушное к нему, а в худшем активно в нем участвующее. Здесь метафоры, возможно, становятся немного более размытыми, но одна из интерпретаций, которая мне кажется самой явной: захватчики - это тоже японцы.

Когда манга переключается на их точку зрения, выясняется, что у них японские имена вроде Юрико и Цутому. Их речь передается на страницах манги символами, представляющими собой бессмысленные вариации хираганы, японской азбуки. А в тех редких случаях, когда манга показывает лица захватчиков, обычно скрытые под шлемами, они изображаются с помощью фотоколлажей японцев. Один из пришельцев ближе к концу манги осознает, что его отправили с материнского корабля в составе отряда смертников. В оригинале это звучит как tokkou butai. Во время Второй мировой войны слово tokkou использовалось в Японии для обозначения того, что мы называем атаками камикадзе, самоубийственных нападений, участники которых жертвовали собственными жизнями ради возможности нанести урон врагу. А другой захватчик через несколько страниц после этого кричит: "Банзай!" Тоже выражение военного времени, которое использовали фанатичные японские патриоты. Таким образом, Асано намеренно выстраивает ассоциации между инопланетными захватчиками и Японией времен Второй мировой войны. Может показаться странным, что и захватчики японцы, и само место захвата это Токио, Япония. Но в этом, как мне кажется, и кроется посыл, заложенный Асано. Во время войны обе стороны становятся и источниками трагедий, и их жертвами. И те и другие постепенно радикализируются, милитаризируются и заходят на все новый и новый виток насилия.

Асано критикует захватчиков, которые, словно колониалистская Япония, начали захватывать земли своих соседей, а следом он критикует и современную Японию, которая под предлогом защиты своих границ обрастает армией, пропагандирует изоляционизм и начинает выращивать патриотически заряженных граждан, а в конце концов отправляет в космос собственную космическую тарелку, которая наверняка обратится уже для другой цивилизации инопланетными захватчиками. Таким образом, в Мертвых мертвых демонах человечество вымирает из-за самих людей, а пришельцы служат лишь зеркалом, отражающим наше общество. Но что именно отражается в этом зеркале? Японские политики, вероятно, самые карикатурные персонажи во всем произведении. И дело не только в их внешнем виде. Премьер-министр Японии волнуется только о том, как выступила его любимая айдол. Генералы дают приказ не убивать всех инопланетян, потому что иначе прекратится их финансирование. А медийные политики говорят лозунгами и устраивают спектакли вместо решения проблем. Государственные структуры в Мертвых мертвых демонах показаны как шумные, мелочные и опасно некомпетентные. История со стадионом как своеобразным Ноевым ковчегом, предназначенным исключительно для элиты общества, вообще один из самых распространенных штампов научной фантастики, но здесь он идеально передает чувство недоверия к институтам власти.

При этом элиты все равно умело манипулируют обществом. Правительство распространяет мобильное приложение Invaders Clash, которое заимствует визуальную символику популярных игр, например Space Invaders. Вот только с его помощью жители могут сообщать о замеченных беззащитных пришельцах, чтобы позже силы самообороны Японии их ликвидировали. Летом проходит большой фестиваль манги, аниме и военной техники, на котором новых роботов, созданных для уничтожения захватчиков, а еще потенциально, например, солдат других стран, выставляют в качестве аттракциона и презентуют, словно это новый iPhone. Глава одной из корпораций в гротескной пародии на корпоративный пиар объявляет новый слоган своей компании: теперь даже оружие стало экологичным. А когда лазер в эффектной вспышке уничтожает один из маленьких кораблей пришельцев, собравшиеся на площади люди начинают ликовать и скандировать: "Япония, Япония", не особо понимая, зачем и почему. Таким образом, насилие превращается в игру, легитимизированную через ассоциации с крутыми поп-культурными образами. Пик этой карикатуры - образ президента США Патрона, который, очевидно, списан с Дональда Трампа. Он произносит громкие речи, размахивает кулаками, угрожает всем подряд и тем самым становится идеальным пугало, задача которого лишь отвлечь на себя внимание.

По мнению Асано, именно так выглядит современная политика. Именно в этом заключается сущность нынешнего общества: в постоянном отвлечении внимания и резком переключении фокуса с одной темы на другую. А еще этот же принцип передается с помощью постоянных новостных сводок, которыми наполнен сериал. Персонажи все время находятся в информационном шуме: они слушают радио перед сном, смотрят телевизор по утрам и читают новости с телефона во время уроков. Но при этом большая часть информации из этих сводок не имеет для них никакой практической пользы. Манга таким образом показывает, что во время кризиса правительство полностью игнорирует настоящую угрозу - гигантскую летающую тарелку, зато совершает множество действий, которые либо бессмысленны, либо приносят выгоду крупным корпорациям. Но Асано и здесь не занимает однозначной позиции, потому что в Мертвых мертвых демонах не только политики используют войну в собственных интересах.

Например, родители Ай действительно лишились дома и средств к существованию 31 августа. Вот только спустя три года они уже специально живут в лагере для беженцев, чтобы получать пособия и больше не работать. Студенческая организация SHIP, призванная защищать права инопланетян и предотвратить их уничтожение, тоже оказывается всего лишь ширмой для террористической ячейки, которая хочет убить создателя правительственных роботов. Причем убить его не ради высокой цели остановить производство, а всего лишь из личных романтических мотивов руководителя. Даже обычный школьник Кохиру Имаки после того, как его бывшая Кихо погибает, радикализируется и становится членом карательного отряда. На пути к власти он бейсбольными битами и другим самодельным оружием жестоко расправляется не только с инопланетянами, но и с обычными людьми. Или вот самый показательный пример: служба доставки начинает использовать своих многочисленных сотрудников не только в качестве курьеров, но и в качестве охотников на пришельцев. Теперь их фургоны перевозят не только посылки, но и маленькие тела убитых инопланетян. Компания даже выпускает рекламу, в которой с гордостью заявляет, что, уничтожая заблудших захватчиков, ее работники доставляют чувство спокойствия и создают среду, которая является безопасной и свободной от тревог.

Так Асано показывает, что стремление к безопасности может парадоксальным образом использоваться для оправдания даже жестокой и бессердечной формы насилия. Насилие в мертвых мертвых демонах исходит не только от коррумпированных политиков и жадных владельцев технокорпораций, но и от обычных людей, которые просто используют войну, беспорядки и хаос в собственных корыстных целях. В многочисленных интервью Асано утверждал, что после спокойной ночи ПунПун и девушки у моря он захотел сделать мангу, которая поможет сбежать от реальности. Мангу, которая будет похожа на Кион, где девочки мило проводят время, а читатель может непринужденно наслаждаться обыденной жизнью. И действительно, мертвые мертвые демоны отличаются от других работ Асано более милыми персонажами с округлыми чертами лиц. И в первых главах Кодо и Аран действительно чаще смеются и проводят больше времени за бессмысленными подростковыми развлечениями, чем беспокоятся о войне или думают о нависшей над головами летающей тарелке. Но как и с Оби-Ян детская манга, которую читает Кодо, оказывается жестокой пародией на Дораэмона, так и мертвые мертвые демоны на деле лишь мрачная и перевернутая версия Киона,

потому что в мертвых мертвых демонах постоянно ощущается диссонанс между вот этим легким, беззаботным поведением главных героинь и атмосферой конца света, пронизывающей историю. Повседневная жизнь, в которой погружены главные героини, не столько развлекает и помогает отвлечься от реальности, сколько становится болезненно ярким напоминанием того, как же легко люди сбегают даже от самых больших трагедий. Казалось бы, огромная инопланетная тарелка, которая в любой момент может упасть, из которой могут вылезти захватчики, которая может взорваться, кружится над многомиллионным мегаполисом, но его жители продолжают ходить как ни в чем не бывало на работу, учиться в школе, выпускать мангу и играть в компьютерные игры. Их, с одной стороны, очень сложно в этом винить, их поведение абсолютно понятно, а с другой, после каждой такой сцены у читателя возникает желание потрясти их за плечи и сказать: опомнитесь, посмотрите, что вообще происходит вокруг. Повседневная жизнь оказывается способна перемалывать любую катастрофу, даже самую страшную, масштабную и превращать ее пусть в неудобную и грустную, но все же обыденность. И вот это по-настоящему пугает.

Да, героям приходится следить за тем, в каком районе будет с утра летающая тарелка. Да, некоторые районы уничтожены, а в других устраивают рейды на инопланетян. Да, по ночам слышны взрывы, и на обычные дома падают сбитые корабли. Но завтра сдавать экзамены, утром покупатели придут за новыми машинами, а релиз еженедельной манги никто не отменял. В этом и заключается главная мысль Асано и главная трагедия человечества. Когда конец света наступает, он оказывается не внезапным и окончательным, а бесконечно длящимся и почти незаметным. Японский социолог Синдзи Миядай называет это бесконечной повседневностью, ощущением заточения в застывшем настоящем, где ничто никогда не меняется и не может измениться, где не существует никакого будущего, а прошлое кажется далеким сном, которого и вовсе никогда не было. Какие бы страшные вещи ни происходили на фоне этого ощущения, повседневная жизнь все равно продолжается, не разрушенная, не измененная и бесконечная. Не зря героини мертвых мертвых демонов называют события после конца света бесконечным летом. Война становится фоном, конец света повседневностью, а трагедии привычкой.

Даже апокалипсиса оказывается недостаточно, чтобы остановить инерцию человечества. И хотя в мертвых мертвых демонах все, на первый взгляд, заканчивается хорошо, вторжение отменяется, смерти стираются, а Кодо и Аран забывают о пережитых страданиях. Это оказывается тоже еще одним трюком Иньё Асано. Если внимательно прочитать мангу, можно заметить, что изначально героини живут в параллельном мире, мире Исабияна и игры Dungeons and Dwarves. Но в конце, после всех путешествий во времени, они оказываются уже в мире Дораэмона и Dungeons and Dragons. То есть в нашем как бы вполне себе реальном мире. В том же интервью, где Асано говорил о том, что мы находимся в моменте истории, который можно назвать началом конца света, его спросили, значит ли это, что его манга может подарить людям надежду и подсказать, как жить в это тяжелое время. На что он задумался и ответил: нет, я так не думаю. Мертвые мертвые демоны не столько дарят надежду на будущее, сколько становятся предостережением. Теперь Кодо и Аран здесь, рядом с нами,

и мы не знаем, не повторится ли снова вторжение инопланетян. Мы не знаем, не застряли ли мы уже в бесконечном лете. Мы не знаем, как жить, когда мир катится все дальше вниз, вниз, вниз. И мы не знаем, сколько осталось времени на таймере до настоящего конца света.